| QUOTE |
| "Небесные спасатели". 100+ серийный сериал Рассказывает Дженни Выживенко, мать троих детей: "У меня трое детей... Я хочу сказать, у меня было трое детей... (взор женщины затуманивается, на глаза наворачиваются слезы, она начинает биться в истерике; сзади появляется мужчина в сером костюме и быстро колет ей успокаивающее) У меня... было... трое... детей. Вот. Мои детки, любили ездить на нашем катере на рыбалку. Каждое воскресенье они покупали три ящика баночного пива, грузили их в лодку и отплывали на два километра от берега. Там они сидели на борту катера, закинув удочки, и слушали шум воды. Они были такими творческими натурами, мои детки. Всегда возвращались добрые, веселые, просветленные. Говорили, что всю пойманную рыбу выпустили обратно в море. Смеялись, пели песни и рассказывали анекдоты... Но однажды они... они не вернулись! (Дженни снова начинает плакать; тот же человек в сером снова ловко втыкает ей шприц и поддерживает под руку, чтобы не свалилась) Голос за кадром: "В этот день Дженни сразу почувствовала, что что-то здесь не так. Ее любимый кактус упал с подоконника, а домашний песик Чухлик наложил посреди комнаты большую кучу и, усевшись рядом, горестно завыл на люминесцентную лампу". Рассказывает домашний песик Чухлик: "У-у-у-у-у!..." Рассказывает Дженни Выживенко, мать твоих... троих детей: "В... этот... вечер... я... как обычно... отправилась на пристань... встречать... э... деток. Я смотрела на закат и ждала пока их катер появится из-за горизонта. Но он не появлялся... И тут я увидела незнакомый предмет. Он был размером с ящик пива, и тихонько плыл по волнам, покачиваясь из стороны в сторону. И тогда я поняла - да это же ящик пива! И тут же сказала себе - нет! - это не может быть один из тех ящиков, которые купили сегодня мои детки! И тут у меня что-то в сердце кольнуло... вот так! (показывает пальцем в пупок). Я, как безумная бросилась в море и поплыла к ящику, зацепила его зубами и потащила к берегу. Да, это оказался тот самый "Tuborg" - это любимое пиво моего старшего сына. И тут я поняла, что с моими детками что-то случилось... (слезы, истерика; еще один шприц). И... тогда... я... стала... пить... пиво. Я плакала и пила, плакала и пила. А потом я позвонила "1-800-SAVE-US" и рассказала о случившемся... Голос за кадром: "В тот день в диспетчерской дежурил Джо Наркоманов. Он очень любил свою работу потому... потому... (шорох переворачиваемой страницы)... потому что его перло... зрелище десятка... звонящих... телефонов". Рассказывает Джо Наркоманов, оператор: "Ну, это... значит... сижу я на дежурстве. Гляжу - аппарат звонит. Обычно я трубки не беру - нафиг надо. Но тут меня че-то торкнуло. Взял... Слушаю, а там чикса - упилась в ноль! - точно говорю. Хорошо ей там, песни горланит... Я и говорю, типа, че надо-то? А она мне пургу гонит, что ее деточки из пучины морской прислали ящик пива. Ну тут я догнал, что у нее просто собутыльника нет, а налакаться хочется. Я ей и говорю: "Мать! Щас не могу, дежурство. Завтра - в любое время". А она все ни как не успокоится, про деток своих голосит. Ну тут меня второй раз торкнуло, и я просек, что вся ее швабла накрылась морским тазом, и она теперь одна осталась. Ну, думаю, подфартило. Адресок записал, типа, сменюсь с дежурства - заскочу. Ну и это... мужикам на трубку... типа мотайте к морю, там трое алкашей ныряние устроили". Рассказывает Стив Косой, летчик-вертолетчик: "Когда я получил сигнал, я сразу понял: люди в опасности этим людям нужна моя помощь. И я их спасу, и мне может быть дадут медаль. Тогда я вызвал по рации Джона Ныркина, нашего подводника и сказал: "Джон! Этим людям нужна наша помощь!". И Джон ответил мне... Рассказывает Джон Ныркин, аквалангист: "Клево!" Рассказывает Стив Косой, летчик-вертолетчик: "Я сел за штурвал и меня переполнило чувство долга. Я знал, я обязательно спасу этих людей (и может быть мне дадут медаль). Взлетали мы долго и с чувством. Сначала десять минут запускались двигатели, потом еще столько же раскручивался винт. Еще минут десять я давил штурвал вверх, пытаясь вспомнить все, чему меня учили в ПТУ (это был моей первый полет и... быть может... моя первая медаль). Как, оказалось, управлять вертолетом так же просто, как и играть в Quake. ...В конце концов, мы взлетели и, черканув неубранными шасси по крыше ангара, полетели к морю. Я глянул на указатель расстояния до цели и крикнул "@$#@$#@!". По моим подсчетам лететь нам было 30 минут реального времени... О-о-о... моя медаль!.. Голос за кадром: "... для таких случаев в игре предусмотрена функция временного прыжка, переносящая вертолет практически прямо к цели..." Рассказывает Дженни Выживенко, мать геро... тьфу! - троих детей.: "Я сидела на берегу и смотрела на небо. Там сияли три ярких звездочки. Наверное, это души моих деток подумала я и... заплакала (истерика - шприц - полное отупение) Рассказывает Стив Косой, летчик-вертолетчик: "Управлять вертолетом было очень неудобно. Он то и дело заваливался в бок, норовил зачерпнуть носом воды и всяческими иными способами отдавался переменчивым воздушным потокам. Наконец я увидел на ровной водной глади три точки. Им были по барабану и ветер, и течение и весь остальной мир - они просто неподвижно висели на одном и том же месте. Тогда я подумал - наверное, это наши "герои". Я их спасу и получу медаль! Тогда я открыл дверцу, вывесил наружу крюк и сказал Джону: "Давай, старик, спускайся. Мы их вытащим!". Джон надел акваланг, ухватился за крюк и сказал мне на прощание - Рассказывает Джон Ныркин, аквалангист: "Клево!" Рассказывает Стив Косой, летчик-вертолетчик: "Я стал медленно опускать веревку с Джоном. Его мотало, как паяца на ниточках. Опустив его до самой воды я понял, что допустил одну маленькую ошибку. До утопленников было еще плыть и плыть. Но Джон сиганул в пучину и, быстро молотя воду кулаками, поплыл к первому "клиенту". Доплыв до него, он ухватил его за шею и помахал мне рукой - спускай, мол, корзину. Тогда я поднял веревку с крюком, убрал ее в кабину, привесил на ее место корзину и снова стал крутить лебедку. Корзина с шумным всплеском плюхнулась в воду. Джон подплыл к ней, но так, как вертолет постоянно сносило вбок (сделать так, чтобы эта машина хотя бы секунду повисела на одном месте практически невозможно), то пловец никак не мог ухватиться за корзину. Тогда я стал ему помогать, и некоторое время Джон и корзина бодали друг друга. Все это время "спасенный" алкаш дико выпучивал глаза, и пытался вырваться, но Джон крепко держал его за шею и давил на солнечную артерию, так что вскоре "клиент" затих и своим спокойствием всячески способствовал выполнению операции. Каким-то чудом Джону удалось закинуть первого утопленника в корзину и я поднял его наверх, а пловец отправился к следующему. Но тут наша бортовая медсестра заорала на весь салон... Рассказывает Лина Блондина, медсестра: "Да он же окочурился! Я ему сую этот... как его?.. термометр под мышку, а у него кровь из ушей хлещет... Нас этому не учили!" Рассказывает Стив Косой, летчик-вертолетчик: "Тогда я понимаю, что медали мне не видать, зверею и ору в рацию: "Джон! Быстрее! Тут первый уже откинулся!". А он мне отвечает - Рассказывает Джон Ныркин, аквалангист: "Клево!" Рассказывает Стив Косой, летчик-вертолетчик: "Тогда я подлетаю поближе к утопленникам, снова спускаю корзину и Джон пытается запихнуть туда второго. Через десять минут ему и это удается. Рассказывает Лина Блондина, медсестра: "А он тоже дохлый! Я ему на всякий случай уши пластырем заклеила, чтобы выжил, а у него изо рта и из ноздрей хлещет!" Рассказывает Стив Косой, летчик-вертолетчик: "Как ловили третьего - не помню. Джон им, по-моему, в футбол играл. Мне уже все равно было - медаль теперь уж точно не дадут. В конце концов, и этого подняли. Я спустил Джону крюк, он за него ухватился, и я его поднял в кабину. И тут Лина закричала... Рассказывает Лина Блондина, медсестра: "Да он дышит! И глазки у него открыты! Только воняет от него... фу-у!" Рассказывает Стив Косой, летчик-вертолетчик: "Живой?! Ну, думаю, надо срочно курс на госпиталь брать! Довезем - медаль моя. А этих двух по пути в море скинем. Скажем - они сами уплыли в сторону канадской границы. Пускай их таможня ловит". Рассказывает Лина Блондина, медсестра: "Я уже опытная была. Сразу ему уши, рот и нос пластырем заклеила. Теперь уж точно не подохнет". Рассказывает Стив Косой, летчик-вертолетчик: "До госпиталя лететь 30 секунд - он прям на берегу стоит. Подлетаем, а там - мать честная! - посадочная площадка на крыше (говорю же - это мой первый вылет был). А я и на обычную-то с трудом сажусь. Ну, думаю, попали... Рассказывает Лина Блондина, медсестра: "Гляжу, а тот, что живой был, дергаться начал. Глазки у него на лоб полезли. Пластырь пытается сорвать. Нет, думаю, фигушки! Знаем мы вас - кровь из носа пойдет, и сразу откинетесь. Я ему руки держу и кричу: "Джон! Тут еще и третий помирает!" Рассказывает Джон Ныркин, аквалангист: "Клево!" Рассказывает Стив Косой, летчик-вертолетчик: "Ой, блин, медаль уходит! Была, не была - пытаюсь зависнуть прямо над крышей и медленно опуститься вниз. Куда там! Машину то фиг выровняешь - постоянно плюс-минус километр." Рассказывает Лина Блондина, медсестра: "Ы! И этот тоже сдох!" Рассказывает Джон Ныркин, аквалангист: "Клево!" Рассказывает Стив Косой, летчик-вертолетчик: "Мать вашу! Штурвал до упора в пол и вниз... В общем, долбанулись мы знатно. Кирдык вертолету, вся троица с парашютами катапультировалась. Голос за кадром: "Хотя Стив, Джон и Лина делали все возможное, им все же не удалось спасти бедных детей миссис Дженкинс. Но они очень хорошо показали, как слаженно и ответственно работает наша служба спасения. Давайте попрощаемся с нашими героями". Рассказывает Джо Наркоманов: "Ну, ясен перец - сменился с дежурства, поперся на пляж, нашел там эту телку и... Ща вместе живем." Рассказывает Стив Косой: "А медаль мне все-таки дали! Только чтобы я с работы уволился" Рассказывает Джон Ныркин: "Акваланг!" Рассказывает Лина Блондина: "Я окончила третий класс и у меня самая большая грудь в школе!" Рассказывает Дженни Выживенко: (медленно поднимает глаза и озирается): "Кто... здесь?". |
| QUOTE |
| Циклоны бывают разные: Черные, синие, красные, А еще военные - Самые офигенные! |