Но все же отчаяно надеюсь на здоровую критику. И на то, что это хоть кто-нибудь да прочитает. Кроме меня, конечно. Прозьба сильно не бить. Особенно ногами. И особенно по голове. Будет надо, сама головой об стенку побьюсь... И повешусь заодно...
Смерть
Свет фонарей мягко ложится на серый асфальт широкой улицы. Небольшие, уютные домики с садиками плотно прижимаются друг к другу, выстраиваясь в две неровные шеренги по ее сторонам. Белые звезды перемигиваются в ночном небе. Некоторые из них закрыты огромными облаками, что в сумерках кажутся нависшими темно-серыми тучами. Из-за одной из таких туч слабо пробивается свет неполной луны…
Я медленно двигаюсь вперед по улице. Лечу? Иду? Какая разница. Холод… Вокруг распространяется холод… Чувствуют ли его люди? Не знаю. Наверное, только некоторые… Самые чувствительные? Да… Такое ощущение, что меня опасаются даже сами дома, расступаясь на пути, стараясь отползти как можно дальше от дороги… Фонари, в свою очередь, старательно освещают путь. Меня боятся. Меня боятся все и вся, даже неодушевленные предметы. Смешно… Но я уже ко всему привыкла. Конечно, ведь я даже не помню, как долго я живу такой жизнью.
Вот и нужный дом. Я уверенно разворачиваюсь к двери. Тук-тук… Пройдя внутрь буквально дрожащего от страха дома, начинаю подниматься. Да-да… Я всегда отлично знаю, где находится моя жертва. Ступеньки ведут прямо вверх. Поворот – еще дверь. Кстати, я порой наблюдала за людьми… В свободное время и… Их слишком много. Слишком. Они рождаются с удивительной скоростью, а меня, Смерти, не хватает на то, чтобы отнять жизнь у всех вовремя. Неужели есть еще? Неужели есть еще такие же, как я? Но почему тогда я не видела ни одного?
Прохожу сквозь дверь. Вот она… Вот она – моя жертва… Он стар, как и предполагалось. Он спит. Рядом, на тумбочке, валяются таблетки для сердца. Зачем? Как глупо… Глупо и смешно. Ведь эти таблетки, максимум, продлят его жизнь на час, не больше… И зачем вообще жить людям? Почувствовав боль в сердце он проглотит таблетку, запив стаканом воды, и будет счастлив, потому что останется жить! А смысл? Какой смысл в таком существовании? Когда-то в детстве он был упрям и весел, он радовался, узнавая новое о мире… Когда-то у него были жена и дети, но уже тогда он начал увядать, а дни становились все однообразней и монотонней… А теперь? Впрочем, не мне разбираться в психологии людей.
Медленно протягиваю вперед руку. Руку? Да, люди бы назвали это рукой. На секунду замираю… Не бойся. Спи. Просто, пришло время. И если бы ты знал, если бы ты знал все то, что знаю я, ты бы благодарил меня. Наверняка. Зачем? Зачем??? Сомневаюсь, что даже ты сумел бы ответить на эти вопросы. Зачем тебе вся эта суета, все эти бесполезные хлопоты? Ты прожил долгую жизнь. Я пришла, чтобы наградить тебя. Чтобы снять с твоих плеч эту тяжелую ношу, что ты накапливал всю свою жизнь. Ты даже ничего не почувствуешь… Родственники? Какие родственники? Закопают, помянут и забудут. Просто забудут. Зачем они тебе?
Секунда проходит. Рука опускается, пробираясь к сердцу так легко, как если бы оно было спрятано в причудливой фигурке из желе. Интересно, откуда люди знают, что Смерть забирает именно сердца, почему этот орган так важен для них? Почему не мозг? Сердце можно заменить, мозг – нельзя. И все-таки… Почему не легкие или любой другой жизненно важный орган? Почему именно сердце? Потому ли, что его легче всего заметить и почувствовать, когда оно бьется в груди? Потому ли, что именно оно толкает по венам кровь? Кровь… да-да… Люди впадают в панику, видя кровь. Кровь значит боль. Кровь значит смерть. Кровь значит… жизнь? Как интересно.
Длинные пальцы сжимают все еще отчаянно бьющееся сердце. Не бойся. Ты ничего не почувствуешь, кроме пустоты. А пустота – это облегчение. А облегчение – это счастье. Разве ты не согласен? Согласен… Значит, я подарю тебе счастье. Легкий рывок. Он даже ничего не почувствовал. Он – умер. Он просто умер… Пульсирующее сердце медленно тает в руке, как кусочек льда на ладони. Тает, принося живительное тепло, секундное удовлетворение. Если Вы думаете, что мне всегда нравится убивать, вы ошибаетесь. Например, представьте себе маленького ребенка… Они ведь тоже умирают. Болезни, происшествия… Когда я прихожу, они уже почти мертвы. Лежат где-нибудь в углу, почти не дыша… Порой вокруг них суетятся пытающееся помочь взрослые. А порой – вокруг нет никого… Я забираю только слабые жизни. Те, что не в состоянии тянуться дольше. Что будет, если я не приду к умирающему? Не знаю. Наверное, к нему придет кто-то другой. Я – не причина смерти. Нет. Я – Смерть. Я никогда не возьму жизнь молодого парня просто так. Вы скажете, я убиваю людей? Нет. Они убивают сами себя. Их убивает время. Их убивают другие люди. Я лишь отнимаю жизнь у слишком слабых.
Медленное движение пальцами рассеивает незаметный дымок, оставшийся от сердца. Все кончено. Ты свободен. Свободен от жизни. А мне пора идти. Идти, чтобы найти новую жертву…
Конец.
Kailana Creed, 2003